Наш дзен-канал, подписывайтесь ☺️

ВСЕ СТАТЬИ ТУТ

Перед этим сеансом мне из тонкого мира бросили веревку. Впервые такое явное видение, если не считать несколько приходов Вани. И вот я поняла, зачем она была нужна.

Таро

Как чувствует себя Петя в тонком мире?

Петя тоже трудится для того, чтобы подниматься. И у него тоже вышла карта разбитого сердца. И по ней идёт застой и отсутствие развития, невозможность сдвинуться с места. А также нехватка и нужда.

Тоже выходит карта иллюзий. Просто невероятно, как у вас всё перекликается. Вы все не случайные в судьбе друг друга люди, у вас схожие программы. Тоже замутнение разума, жизнь в обмане. И Пете тоже нужна моя помощь. Вот поэтому вас всех ко мне и привели: карты прямо указывают на то, что вашим мальчикам и вам нужно помогать.

В каком мире находится Петя сейчас?

Это не нижний мир, но и не положительный. Серый мир, как я понимаю.

По всей видимости, Петя сделал это не сам, на нём есть магическое воздействие. Карты выдали крадник. Ну это может быть и бес, они очень любят нашептывать мысли о суициде. Поэтому Петю не забрали вниз, он где-то на границе. Карта иллюзий именно об этом говорит – у него был замутненный рассудок.

Что отрабатывает в жизни Татьяна?

Грех уныния. Это пессимист. Человек не верит в свои силы, в богов, в светлое будущее, видит во всём дурные предзнаменования. Такое уныние длится годами и десятилетиями. Человек может работать, зарабатывать на хлеб, чтобы просто содержать себя. Но даже факт работы вводит его в глубокую депрессию. Редко имеет потомство, так что Татьяне повезло. Но и сына ей дали не просто так, надо многое понять.

Человек для себя определил, что он является жертвой жизни, страны, социума, обстоятельств. Постоянно себя жалеет. Склонен к суициду.

Карты характеризуют ситуацию печали, депрессии, психической жертвы. Конфликт с самим собой. А также зависимость человека от Бесов антихристов.

В прошлом воплощении, скорее всего, Татьяна была затворницей, прожившей 36 лет в монастырской келье. Просто похоронила свою жизнь из-за глубокого пессимизма.

По всей видимости, именно тот грех она отрабатывает в этом воплощении, проживая суицид сына. И опять же продолжает чувствовать себя жертвой, а его виноватым. Пока она не поймёт, что во всех событиях в жизни виновата только она, ничего не изменится. Из воплощения в воплощение будут происходить подобные трагедии, пока человек не проснётся.

По картам у неё тоже выходит страшный суд, это карта ответа за свои поступки и за свою жизнь. Карта справедливости. И тоже иллюзии, внутренние страхи и чудовища. Очень много внутри заблуждений, темноты, самообмана. Позиция жертвы. Человек пришел отрабатывать эту позицию, но, к сожалению, продолжает жить в соответствии с ней.

Надо понять, что ничего с нами не происходит просто так или случайно. Просто мы не знаем, что мы творили в прошлых жизнях. Если принять все проблемы и трагедии своей жизни как закономерный итог прошлых воплощений, то станет понятно, что здесь нет жертв. Нет виноватых, нет обидчиков. Есть уроки души, которые надо усвоить, чтобы перейти на следующий уровень. Как в школе – пока не закончишь один класс, не перейдёшь в другой. На Земле «пройти урок» означает перестать кого-то обвинять и сделать выводы. А потом, соответствии с этим, изменять свое отношение к жизни и к людям вокруг.

Ченнелинг

Петя сидит, прижавшись спиной к какому-то камню. Колени согнуты, руки на коленях, голову опустил на руки. И припорошено все снегом вокруг. Слегка, не сильно. И снежинки падают. Это говорит о том, что с Земли идёт глубокая депрессия от мамы. Ему холодно, но не так, чтобы совсем замерзать.

— Здравствуй, Петя. Мы рады, что нашли тебя. Это нулевой? Видимо, я тоже нашла тебя после перехода?

Он поднимает на меня грустное лицо.

— Здравствуйте. Да, всё так. Холодно тут. Ещё и вниз зовут постоянно, но утащить почему-то не могут.

Я оглядываюсь и вижу, что вокруг прячутся и выглядывают из-под земли тёмные сгустки, кое-где даже головы с рожками видно.

— Утащить не могут, потому что не сознательно ты сделал этот шаг, разум был замутненный. Зачем ты спрыгнул?

Он берётся двумя руками за голову и сжимает её.

— Тебя и сейчас это не отпускает, да?

Теперь я вижу, что из-за его спины выглядывает кто-то серый, или на голове сидит, не пойму. Вцепился в голову, смотрит на меня и говорит:

— Не отпущу. Он мой.

Петя тихо сказал:

— Они обещают, что внизу будет тепло и хорошо. Но я хочу к свету.

— Ну и замечательно, дорогой. Главное – то, что хочешь ты, а не то, чего хотят они. Ты же знаешь, какое внизу тепло. Только наверху оно настоящее.

И вдруг в голове возникает тот образ верёвки, которую мне скинули после сеанса с Колей, и мне понятно, что я должна обвязать Петю и себя.

— Вставай, Петя, будем подниматься.

Я вижу, что существо у него на голове изо всех сил пытается остановить его, и у Пети болит голова. Я обвязываю его за пояс одним концом верёвки, а себя обвязываю другим. Ваню я не беру в эти серые холодные миры. Так как у Пети болит голова, он обеими руками держится за голову. Поэтому может в любой момент отпустить мою руку.

Странно – как может болеть голова в тонком мире? Но это сущность, она тоже из тонкого мира, и она может причинять боль.

— Именем Иисуса Христа, во ад сшедшего и поразившего дьявола в голову, я приказываю тебе выйти и сказать, кто ты и откуда!

Очень зубастая сущность. Она выходит из головы, садится на плечо, такой маленький бес.

— Кто ты?

— Я бес.

— Ты кусаешь его в голову?

— Да.

Он клацает зубами и торжествует, потому что у него есть права находиться в этом человеке, иначе он не смог бы прицепиться.

— Откуда ты взялся и как вошёл в Петю?

— Я бес родовой, очень давно живу в роду. А Пете лучше будет с нами внизу.

Теперь он Петю не кусает, он обнимает его за голову и гладит по волосам. В ухо шепчет:

— Пойдём лучше вниз, там тепло.

Петя крутит головой из стороны в сторону, стараясь избавиться от этих мыслей.

— Точно также случился суицид?

— Конечно. Петя послушный мальчик.

Бес говорит очень хитро, растягивает довольно слова.

— Именем Иисуса Христа я связываю тебя! Я заклеиваю твой рот, и ты не можешь больше разговаривать! Я связываю твои руки и ноги, и ты не можешь больше залезать в голову!

Бесёнок стал смешным: выпучил глаза, рот у него склеился, и он не может больше ничего говорить. Сзади за головой Пети корчится в его поле, но влезть внутрь уже не может. Ну и выкинуть его просто так мы не можем, к сожалению. Я очень надеюсь, что его уберут на чистке, хотя бы временно. Хотя бы от души Пети, потому что для того, чтобы убрать это из рода, нужно очищать род и расторгать договора. Как минимум, очищение рода нужно делать, как максимум — очищение от сущностей, но это дорогая процедура. Хотя бы очищение рода.

Пете стало легче, и я осматриваюсь по сторонам, смотрю вверх, пытаюсь понять, как нам выбираться отсюда.

— Давай руку!

Я беру его за руку, и если он вдруг снова схватится за голову, он не отстанет, потому что связан со мной верёвкой. Той верёвкой, которую мне сбросили после ченнелинга с Колей мои ангелы. Я всё-таки склоняюсь сейчас к тому, что это были мои ангелы. Или наставники. Они знали, что понадобится с Петей.

Верёвка упала на меня из тонкого мира в тот момент, когда я легла спать. Это было настолько реальное видение, что я вздрогнула всем телом и тут же открыла глаза. И долго не могла понять, что это за верёвка и зачем она мне, такого ни разу не было ещё.

Почему-то у меня не получается сейчас просто подняться вверх, и не вижу я в этом небе никакого света. Зато передо мной вдруг появилась ступенька, каменная лестница в воздухе. Я поняла, что подъём будет нелёгким.

— Держись, Петя, и ни в коем случае не отставай.

Мы встали на эту ступеньку, и тогда чуть выше появилась следующая, и так мы пошли вверх, в небо. Серый туман. Ступеньки появлялись, как только я ставила ногу на следующую. Я держу Петю за руку, но плохо его вижу. Мы в плотном тумане. Верёвка мне сейчас очень помогает, потому что иногда он снова хватается за голову и выпускает мою руку, и я не боюсь, что он потеряется. Туман сгустился настолько, что я не вижу даже своих рук и не вижу ступенек, просто иду наверх. Вдруг моя голова выходит из этого тумана и оказывается в более светлом мире.

Его ещё нельзя назвать солнечным, но после такого плотного тумана здесь кажется светло.

Я буквально вытаскиваю за собой Петю. Благодаря верёвке он не потерялся. Мы попали на какой-то серый каменистый остров, это площадка. Вокруг нас вместо земли густейший серый туман. Небо почему-то красно-чёрное. И здесь, на самом деле, тоже довольно мрачно. По ощущениям, мы вылезли не с нулевого уровня, а с какого-то более низкого.

Я оглядываюсь и смотрю в небо — света всё так же нет. Теперь небо вообще какое-то чёрное с клубящимися грозными облаками. Я жду ступеньки, и вот они появляются: одна, потом другая. Смотрю на Петю — у него мало сил.

— Дай мне руки и смотри мне в глаза, — я встаю напротив него и беру его руки в свои.

Я начинаю передавать ему свою энергию. Он становится бодрее.

— Готов?

Он кивает. Серый чёртик за его головой корчится и пытается развязаться всеми силами, но не может. Я проверила верёвку, чтобы узлы не развязывались, взяла Петю за руку, и мы пошли дальше.

Нам придётся пройти через эти чёрные облака, а чёртик хитрый, он может сделать так, чтобы Петя отпустил мою руку и схватился за голову, несмотря на то, что он связан. Поэтому верёвка очень кстати. Спасибо ангелам, или учителю, не знаю точно, кто мне её дал. Подал идею.

Мы поднимаемся в гущу чёрно-красных облаков, и когда мы в них входим, я перестаю что-либо видеть. Только чувствую Петину руку. Мы идём на ощупь, ступенек снова не видно. Мне помогает вера в то, что они не могут не появиться. Нас ведут, а значит я не могу усомниться ни на секунду. Тут Петя вырывает руку и я бы потеряла его, если бы не верёвка. Останавливаюсь, говорю:

— Петя, дай мне руку.

Через несколько секунд томительного ожидания (что там ещё придумал этот гадкий бесёнок?) рука возвращается. Однако верёвка натянута, ему тяжело. Я буквально затаскиваю Петю на следующий уровень. О счастье! Здесь нас уже ждут серые ангелы!

Мальчик совсем обессилел и еле держится на ногах, он просто падает им на руки. Ангелы очень большие и сильные, и один подхватывает Петю легко, как перышко. Я развязываю верёвку, и его забирают на лечение и восстановление.

Фух! Теперь все будет хорошо! Душу полечат, она наберётся сил, потом почистят. И, скорее всего, выгонят этого родового беса. Он отцепится от Пети, но из рода не уйдёт.

Почему-то здесь все было гораздо тяжелее, чем у Коли. И теперь я ищу то время, когда Петя будет счастлив.

Я нахожу его мечтательным, он сидит на холме с цветком в руках. Очень красивый цветок, и Петя его периодически нюхает. И смотрит при этом задумчиво на раскинувшуюся перед ним равнину. Где-то вдалеке горы, внизу очень много красивых цветов, лес, речка. Сюда мы уже приходим вместе с Ваней и садимся рядом с Петей.

— Здравствуй, дорогой. Как ты чувствуешь себя?

Здесь очень яркие краски, красивый закат и солнце, во много раз больше земного. Это явно третий уровень. Петя поворачивается ко мне и всё также спокойно и мечтательно говорит:

— Спасибо вам. И спасибо маме, что решилась к вам прийти, а то я бы надолго застрял там, внизу.

— Оцепили от тебя этого бесёнка?

Он мягко улыбнулся:

— Да, убежал, поджав хвост, но окончательно мы от него не избавились. Не отработали ещё.

— Я так понимаю, твой уход случился не по программе?

— Нет, короткое воплощение по программе. Суицид был прописан как один из вариантов, но самый нежелательный. Были и другие варианты ухода, чуть позже. Не дождался немного.

— Тебе хорошо сейчас?

— Да, сейчас все позади, слава Богу.

Он сложил руки в молитвенном жесте и поднял глаза вверх. В этом мире так тихо, только какая-то тонкая, еле уловимая мелодия, как ветерок, гуляет над этой равниной. И больше нет никаких звуков. А, нет, ещё есть лёгкий шелест ветра.

— А давайте полетаем?

Петя обрадовался:

— Давайте!

Мы встали и полетели с этого холма, все втроём, моментально наполнившись счастьем, просто невероятным счастьем и радостью. Полетели над этой речкой, над цветами, над лесом, к прекрасному, огромному заходящему солнцу.

— Это твой мир?

— Да пока что он только мой. Потом полечу к маме, встречусь со всеми родственниками, но пока мне хочется побыть одному.

Полёт совсем не мешал нам общаться, потому что здесь это происходит телепатически, прямо в голове. Петя рванул вертикально вверх, и мы за ним. Высоко в облаках мы сделали «мёртвую петлю» и снова вернулись в этот прекрасный мир. Мир, в котором душа приходит в себя, отдыхает, набирается сил для последующего подъёма. И ей не надо думать о времени, потому что впереди вечность.

Некоторые воплощения на Земле настолько тяжелые, что души очень устают и некоторое время после них отдыхают. Я прочитала это у Майкла Ньютона, и это действительно так. Далеко не сразу им хочется возвращаться к родственным душам.

Но сейчас Пете очень легко и хорошо. Они с Ваней начали баловаться, как обычные мальчишки, – кувыркаться в воздухе, гоняться друг за другом, хохотать. Я улеглась на проплывающем мимо облачке и с радостью наблюдала за ними. Наигравшись, мальчишки присоединились ко мне.

— Петя, что бы ты хотел маме передать? Она очень любит тебя.

— Передайте маме, что я тоже очень её люблю.

Петя снова стал мечтательным и задумчивым.

— Пусть не плачет, я живой.

— Что мама может сделать для тебя?

— Если бы она смогла думать обо мне светло, не тяжело, это придавало бы мне сил. Посылать любовь и тёплую энергию. Молиться со светом, а не из горя. Вообще надо идти к свету, это самое главное в земном пути любой души. Пусть она стойко пройдёт остаток своего пути, и я встречу её здесь, и будет много радости.

Ну что ж, мы оставим Петю отдыхать. Я вижу, что сейчас у него нет желания особо с кем-то встречаться, общаться.

— Спасибо, Петя, что разрешил нам прийти сюда к тебе, в этот мир, и передать весточку маме, ей это очень нужно. Ты можешь подать ей какой-нибудь знак? Например присниться.

— Я смогу ей присниться только тогда, когда пройдёт тяжелое горе, которое окутывает её непроходимой тьмой. Типа той, через которую вы меня вытащили на верёвке.

— Я попытаюсь, если она сможет нас с тобой понять.

— Для этого нужно находить радость в сердце, несмотря ни на что.

— Спасибо, мой хороший. Мы желаем тебе высокого подъёма.

А нас встречают в нашем мире ангелы и Учитель, хлопают в ладоши. Впервые такое! Я так понимаю, это радость от того, что я поняла их знак, что смогла использовать полученный от них инструмент – верёвку.

— Спасибо, дорогие мои помощники. Спасибо, сынок. Спасибо, Учитель. Спасибо, Иисус. Благодарю тебя, Отец небесный, наш Создатель и Творец.