Наш дзен-канал, подписывайтесь ☺️

ВСЕ СТАТЬИ ТУТ

Дима погиб в автомобильной аварии в 30 лет. Он был весёлый, ко всему относился с юмором, всегда мог разрулить чужие споры, проблемы, умел договариваться. С мамой у него были очень доверительные отношения, они могли свободно общаться на любые темы. Любил младшую сестру и родных.

Таро

Почему Дмитрий так рано ушел?

У Димы начался период духовных поисков, познания собственного внутреннего мира и философский взгляд на жизнь. Возможно, он почувствовал какие-то бесполезные жертвы и напрасные усилия. Беспомощность в какой-то области. Материальные проблемы. Дмитрий приходил за каким-то опытом, мне кажется, за каким-то конкретным опытом. Он должен был получить его в этом воплощении, и он его получил.

Задачи Дмитрия на это воплощение.

Научиться не быть легкомысленным, не относиться к жизни игриво. Перейти на качественно новый уровень в середине жизни – именно это случилось по программе. Он накопил нужный ему опыт, ошибки стали уроками, его душа стала сильнее и опытнее. Дальше она переходит, даже, можно сказать, прорывается на другой уровень.

Для чего такое испытание Вере?

Вам нужно научиться преодолевать внутренние противоречия, сомнения в собственных силах, также обороняться от зависти и нападок. Надо научиться не отступать перед трудностями. Вы спокойны, практичны, честолюбивы. Любите роскошь и комфорт (а кто же их не любит).

Однако есть сложность с выражением чувств, некоторая замкнутость. Надо научиться не играть в чувства, не льстить, не манипулировать, быть самой собой. Нужно учиться благоразумию, не впадать в бесплодные измышления и реально смотреть на события. А также расклад советует вам учиться бесстрастию. Внутреннее спокойствие и равновесие – только так можно прийти к успеху.

Как это связано с уходом сына – понять сложно. В любом случае, очень тяжелые испытания в жизни никогда не бывают просто так. Они раскрывают какой-то глубоко спрятанный потенциал, о котором мы часто даже не подозреваем. Этого выводит душу на новый уровень развития.

Что Вера должна делать дальше?

Вам нельзя опускаться в пучину горя, нужно себя вытаскивать. Поймите, бесконечно горюя, вы опускаетесь на уровень низких вибраций, на котором нас ждут, потирая руки, те, кто этими вибрациями питаются. От этого не лучше ни вам, ни вашему сыну.

Если на этих вибрациях случится переход, то вы должны понимать, что сына вы не увидите. Во всяком случае, долго.

Подняться к нашим детям можно только одним способом – поднимая свои вибрации при жизни.

Очень аккуратно относитесь к финансовым схемам. У вас есть опасность преувеличивать свои возможности. А также неверно распоряжаться деньгами.

Впереди возможно разрушение чего-то старого, но это всегда и начало чего-то нового. Чтобы пророс росток, нужно разрушить зерно. Также в нашей жизни старое отмирает, а новое рождается.

Слушайте свою душу и следуйте за ней. Главным приоритетом должно стать стремление к свету, любви, радости. Ваш сын жив, вы обязательно с ним встретитесь. Ваши высокие вибрации помогут и Диме легко подниматься вверх.

Ченнелинг

А Дима гоняет. Он очень любил езду, видимо. Я вижу футуристический город, и он гоняет на какой-то штуке, похожей на капсулу для лекарств. То ли машина, то ли самолёт, но без крыльев. Она может ездить по земле или лететь почти над землёй, а потом подниматься в небо, выделывать разные пируэты.

Только скорость тут, как на Земле, не разовьешь. В этом мире такие скорости может иметь только мысль. Поэтому ему не очень-то нравится. Он хотел бы быстрее. Приземляется на какую-то площадку, где стоят ещё парни. Выходит и говорит:

— Какая фигня! Я на Земле и то быстрее ездил.

И они все смеются.

— Ну, за неимением лучшего и на этом поездишь.

Дима театрально хватается за голову, и все опять смеются. Это хорошо, что он не один, это явно какой-то средний уровень, может быть, шестой-седьмой. И он остался таким же весёлым, жизнерадостным юмористом. Значит, всё хорошо.

Я ищу момент, когда он один. Я нахожу его дома. Это квартира на каком-то высоком этаже небоскрёба. Я мысленно спрашиваю разрешения войти, Дима разрешает.

Он сидит на диване и смотрит на огромную стеклянную стену вместо окна. Может, она и не стеклянная но из какого-то прозрачного материала. Через неё видно город, это очень красиво. Небо цвета заката, такими багровыми полосами. Оранжевые, жёлтые, багровые полосы.

Город светится огнями, летают эти машинки, похожие на капсулы.

Очень много там каких-то переливающихся и бегающих огней. Можно всю ночь смотреть на это и не надоест. Я сказала «ночь»? Вроде нет ночи в тонком мире. А может, у них и есть, кто его знает.

— Здравствуйте, Дима. Мы пришли от вашей мамы.

Дима оказался продвинутым и не очень удивился. Пригласил вас присесть. Ваня пошёл зачарованно смотреть на эту красоту — город. Показал мне, протянув руку, что никакой стены нет. Это просто открытое пространство.

Машинально, чисто по-земному, я чуть было не испугалась: мой ребёнок стоит на самом краю непонятно какого этажа. Потом спохватилась: ведь тут не падают. Он спокойно мог вылететь, полетать и вернуться обратно. Стало смешно. Дима тоже прочитал мои мысли и улыбнулся.

— Да, видно, что с Земли. Все инстинкты ещё сохраняются.

— Да. Земные инстинкты, страхи. Я и так его уже потеряла один раз.

— Он ушел от вас?

— Да. Теперь вот водит меня по вашим мирам.

— Здорово. Я бы тоже хотел маму позвать.

— Я даже не знаю, как это случилось. А то бы научила. Мама очень любит вас, очень страдает. Хочет узнать, что вы действительно живы. Говорит, что ей словно дают обезболивающее, чтобы уменьшить душевную боль.

— Она права. Это я ей делаю «укольчики» обезболивающие.

Он засмеялся, как нашкодивший ребёнок.

— А как же вы это делаете?

— Вот придумал. Нервные импульсы слегка передавливаю.

— Ну вы даете, я первый раз о таком слышу.

— Ну, эти импульсы — своего рода электричество. А про то, что мы можем влиять на электрические сигналы, вы знаете.

— Это да. О том, что вы можете ещё и в нашей голове сигналы отлавливать, – до такого я бы никогда не додумалась.

— Приходится. Иначе она совсем падает духом и теряет силы. Вы скажите, что я живой. Что я её жду, что со мной всё отлично, что никто не умирает. Мы с ней обязательно встретимся, и все будет прекрасно. Земля – это такое место, где мы временно все

забываем, а здесь память вернётся. Я очень люблю маму, и наши связь никогда не разорвётся. Мы всегда будем вместе. Поэтому пусть она расслабиться хоть немного и поймёт, что на Земле все временно, а здесь – вечно. Ей надо быть сильной, чтобы пройти все испытания, тогда душа выйдет обновлённой и более высокой.

И вдруг из другой комнаты вышла девушка, красивая. Села рядом с ним на диван.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте, приятно познакомиться.

— Ух ты, значит, правильно вас видели во сне с девушкой?

— Да, есть такое. Вдвоём интереснее. Мы так круто веселимся.

Они оба улыбнулись.

— Мама спрашивает, кто вас встречал здесь?

— Конечно, родственные души. И девушка встречала.

Он, наверное, назвал ее по имени, но я имён не слышу. Вернее, не чувствую.

— То есть, вы между воплощениями вместе?

— Да. Бывает, что воплощаемся вместе, а бывает, что просто ждём друг друга.

— А детей у вас нет?

— Нет, вот детей нет.

— Мама спрашивает, помогают ли вам её молитвы?

— Молитвы всегда лучше, чем слёзы. Помогают. И не только мне, но и ей самой.

— А что ещё она могла бы для вас сделать?

— Перестать страдать. Я живой, а она убивается. Я буду радоваться, если она начнёт полноценно и радостно жить. Это сложно будет. Но возможно.

— Я ради Вани тоже перестала плакать. Ради себя бы не перестала, ради него пришлось себя заставить. А почему такая короткая программа, Дима?

— Я не хотел там дольше быть. Такая совместная программа, которая позволила мне не очень надолго оставлять мою девушку.

— По земным меркам 30 лет — это ерунда здесь.

— Да, это ерунда. Это один миг.

— Тут же другое время, так какая разница, на сколько уходить?

— Другое, но оно все же есть. Это сложно объяснить. Поэтому, когда программу составляли, я обрадовался, что всего 30 лет. А мама решила, что она сильнее, и сможет это пройти и справиться. Так что пусть теперь берет себя в руки, как она здесь собиралась сделать, то есть становиться сильной. А я её дождусь, все будет хорошо.

— Я все поняла, Дима спасибо. Всего вам самого хорошего.

Мы с Ваней вернулись в наш мир.